TechFusion.ruСтартапыСказки Кремниевой долины: День мертвых стартапов

Сказки Кремниевой долины: День мертвых стартапов

Сказки Кремниевой долины: День мертвых стартапов
Лора Мангруа

Лора Мангруа

Журналист, писатель, путешественница, предприниматель. Кремниевый десант techfusion.ru
Лора Мангруа

Музей истории компьютеров в Сан Хосе ежегодно устраивает День мертвых стартапов. Это такой же праздник, как Мексиканский Day of Dead. Ветром из Латинской Америки, собственно, и принесло эту идею организаторам. «Умерли в один день» — так обычно истории сказочных персонажей закачиваются.

Но мы начнем именно с этого, потому что духи умерших компаний здесь, в Долине, витают повсюду. Обрывки их DNA можно обнаружить в клетках нынешних единорогов. Именно истории почивших Sun Microsystems, Napster, ХХХ, удобрили местную культуру предпринимательства и авантюризма, которая в свою очередь взросла на легендах золотодобытчиков дикого калифорнийского Запада, и которая до сих пор трогает метущиеся, ищущие приключений души со всего мира.

Помянем ушедших

Громогласные успехи и самые бездонные провалы идут рука об руку – чем выше взлетишь, тем глубже падать. Калифорния – место, где рождаются, живут и умирают самые крупные инновационные корпорации мира. Эволюционный цикл начинается со студентов престижных вузов – в них видят начинающих стартаперов и создателей блестящего будущего для всего человечества. Поэтому на Дне мёртвых стартапов целых две секции отдано студентам и только одна – гостям. Вход, кстати, свободный.

Первый час мероприятия был отдан под нетворкинг – налаживание новых связей и укрепление старых. Предполагалось, что заниматься нетворкингом посетители будут одновременно с церемонией установки «надгробий» в честь почивших стартапов. Каждый мог похоронить какую угодно компанию, установив табличку на деревянной палочке будто от эскимо на импровизированном кладбище. Кто-то помянул Nokia, украсив «надгробную плиту» сердечками. А кто-то решил поиграть в предвестника смерти, заранее предсказав кончину Twitter, которая должна состояться, по мнению неизвестного оракула, в 2017 году.

Мне хотелось вспомнить кого-то из соотечественников, и на ум почему-то пришёл шумно появившийся в 2009 году и стабилизировавшийся в состоянии зомби проект Chatroulette – Чатрулетка. Напомню, его, если верить общеизвестной истории, создал школьник Андрей Терновский для общения со случайными людьми в видеочате. Идея романтичная, но ее быстро испохабили товарищи эксгибиционисты, жаждущие продемонстрировать своё хозяйство совершенно не ожидающим этого пользователям. Надгробие для Чатрулетки привлекло внимание парня со славянской внешностью, который распознал мой «привет», но ответить на русском не смог. Оказалось, что его зовут Боян, и он серб. У него свой стартап для инвесторов, о котором расскажем в одной из следующих статей. Боян пришел послушать Джастина Кана (Justin Kan), одного из партнеров знаменитого «силиконового» акселератора Y Combinator. Джастин, кстати, не разочаровал.

Проекты бывают трех видов: прекрасная идея, но плохая команда; плохая идея и плохая команда; нормальная команда, но плохая идея

В следующей части мероприятия была местами забавная, местами банальная дискуссия на тему ранней диагностики признаков преждевременной смерти стартапов,  методов их спасения и о том, когда лучше уж покончить с проектом, чем держать его в состоянии клинической комы, затрачивая необоснованные чрезмерные усилия по приведению его в чувства.

Учат ли удачи?

Троих уважаемых представителей венчурной индустрии попросили рассказать об историях своих неудач. Билл Рейчерт (Bill Reichert), управляющий директор и соучредитель Garage Technology Ventures рассказал, как его компания в 1990 году (!) сделала прототип компьютера без клавиатуры с сенсорным экраном. Да, технологически это было возможно уже тогда. Изобретатели носились со своим прототипом по банкам, архитектурным бюро и крупным корпорациям. Каждый, кто видел презентацию, был невероятно впечатлен и задавал только один вопрос: «Вау! Сколько это стоит?». Тут все в зале засмеялись. И понятно почему. Билл объяснил, что если бы они сделали экран не таким большим, снизили бы свою маржу до предела, то один такой планшет стоил бы клиенту $4 999. «Окей, мы купим один», – отвечали некоторые. В то время один тачскрин стоил $1200, снизить стоимость можно было только чем-то пожертвовав.

Главный инженер проекта предложил уменьшить экран до пяти дюймов, за счет чего стоимость бы упала до $799. Так появился Atari Portfolio, в котором можно было вести заметки, календарь, книгу контактов и пр. Но даже это устройство опередило время. Про гаджет говорили, что это дорогая игрушка, а не реальный компьютер. Компании не удалось продать достаточно, чтобы назвать проект успешным. Зато Atari Portfolio увековечен в кино – его можно увидеть в «Терминаторе 2».

Ким Полес (Kim Polese), председатель совета директоров CrowdSmart, бывший гендир SpikeSource и сооснователь Marimba, схитрила, и привела примеры того, как софтверная компания, в которой она работала, прошла череду неудач прежде, чем достигла успеха. Это не была история провала, поэтому рассказывать здесь ее будет нечестно. Похоже, что не все в Долине относятся к своим неудачам, как к полезному опыту, для некоторых людей такие воспоминания могут быть болезненными.

Изучать истории стартапов не рассматривая весь контекст, то же самое, что изучать эволюцию землероек без наблюдения за средой их обитания, за хищниками, регулирующими популяцию, и за подножным кормом. Картина будет неполной, важные факторы будут упущены, выводы окажутся ложными.

История Джастина Кана, партнера YC и сооснователя проектов Justin.tv & Twitch.tv, развеселила всех. Он создал свой первый проект в 2005 году, когда был студентом колледжа. В то время только появился Gmail, как простой почтовый сервис. Джастин с друзьями решили сделать онлайн-календарь, похожий на Gmail или Outlook. Со своим проектом KiKo они отправились в новый акселератор в Бостоне – Y Combinator. Оттуда им ответили: «Проекты бывают трех видов: прекрасная идея, но плохая команда; плохая идея и плохая команда; нормальная команда, но плохая идея. Вы относитесь к третьей категории».

Студенты не отчаялись и стали ходить по инвесторам. Представитель одного фонда наконец-то заинтересовался и спросил: сколько вы хотите денег? Джастин ответил, взяв цифру с потолка: два миллиона долларов. Собеседник ответил: как насчет одного миллиона? Джастин отказался не подумав. Из фонда больше не перезвонили. Следующие полгода с KiKo ничего не происходило, ребята занимались своими делами. А потом Google встроил в Gmail свой календарь. KiKo стал бесполезен. Ребятам пришла в голову «гениальная» идея – а давайте продадим компанию на eBay! Они выставили проект на аукцион с начальной ценой $49 999. В последний час торгов цена подскочила до сотни тысяч долларов, за 10 минут до финала кто-то предложил $258 100. «Мы прыгали от радости. Я был счастлив, ведь мы изобрели новую бизнес-модель!» – пошутил Джастин.

Из беседы трех мэтров Кремниевой Долины стало в очередной раз ясно, что универсальных рецептов успеха, как и способов избежать неудач, нет. «Счастливые семьи счастливы одинаково, несчастные – несчастны по-своему», как известно. У стартапов все в точности наоборот. Бессчётное количество книг написано и историй рассказано про путь, который прошли к успеху нынешние победители в эволюционной борьбе на венчурном рынке. Казалось бы – бери и копируй. Но так не работает. Каждый рецепт – для уникального блюда, которое можно приготовить только один раз, как произведение искусства.

Зато умирают проекты очень похожим образом. Самое страшное, как сказал Билл Рейчерт – это когда заканчиваются деньги. То есть просто наступает момент, когда их больше нет. С этим сложно не согласиться.  С другой стороны, он видел много примеров, когда предприниматели были уже на пределе возможностей, их отделяли считанные дни от того, чтобы сдаться. Но в последний момент приходил инвестор с мешком миллионов, и поднимал их с колен до вершин Ойкумены. Участники дискуссии так и не смогли дать однозначный совет, когда сдаваться уже можно, а когда стоит еще немного подождать.

Опередить время

История смерти Atari Portfolio также одна из типичных. Таким же образом, например, российский предприниматель Давид Ян опередил время, выпустив в 1998 году карманное устройство для общения – Cybiko. О нем рассказывали даже в новостях крупнейших телеканалов США. Но продажи были низкими, и вернуть инвестиции не удалось.

По словам Рейчерта, было совершенно очевидно, что компьютер с сенсорным экраном — это то, что будет использоваться массово. Но главная загвоздка оказалась в выборе правильного времени для выпуска такого продукта. «И это одна из главных задач для нашего воображения. Здесь, в Кремниевой Долине кажется, что будущее ждет нас прямо за ближайшим углом. Что прям завтра мы уже будем ездить в автономных автомобилях. Не стоит обольщаться, это случится еще очень-очень нескоро. Технологиям, которые мы использовали в Atari, потребовалось гораздо больше времени на то, чтобы дозреть до массового использования, чем мы думали», – добавил Билл.

Калифорния сегодня – это новая Великая Рифтовая Долина, в которой разные виды борются за эволюционное доминирование. Изучать истории стартапов не рассматривая весь контекст, в котором скачут разноцветные единороги, розовые пони и доживают свой век динозавры, то же самое, что изучать эволюцию землероек без наблюдения за средой их обитания, за хищниками, регулирующими популяцию, и за подножным кормом, от которого размеры популяции зависят не меньше. Картина будет неполной, важные факторы будут упущены, выводы окажутся ложными.

Поэтому данная рубрика – не только про стартапы. Она про истории компаний, больших и маленьких, живых и мертвых, а также тех, что «ни рыба, ни мясо», – зомби, выживальщики, в общем, тыквы, а не кареты. Хотя даже тыквы могут быть вполне полезными и питательными. Ну а зомби вообще санитары леса. Если ещё точнее, – здесь можно будет прочесть про людей, которые ищут золотую жилу в цифровой параллельной реальности, и про то, как у них это (не)получается.